reading

Когда слепые маршируют... (1)

 

По просьбе  mkorneev'a выкладываю статью Бориса Ефимова из самого первого номера (а всего их было целых три!) отечественного журнала "Джаз", напечатанного в черно-белом варианте (но всё же с цветной обложкой) славной Мытищенской типографией и появившегося в Москве на самом закате интересного 1989 года. Итак..

Когда слепые маршируют...  
Борис Ефимов, «Джаз» №1, 1989 г.

 

О существовании джаза знает лишь ничтожная часть человечества. Ещё меньшей его части приходится слушать эту дряхлеющую музыку. Возникнув как музыка расового меньшинства, джаз никогда не переставал быть музыкой для немногих – но отнюдь не избранных. Урбанизированный фольклор космополитического, расово и культурно смешанного (креольского и негритянского) городского люмпен-пролетариата, получивший название «джаз», до сих пор не пользуется ни малейшей популярностью в аграрных странах и сельских районах индустриальных стран. Дух джаза чужд патриархальной культуре, этическим ценностям и эстетическим представлениям «естественного» человека. Не потому ли джаз до сих пор столь непопулярен (попросту неизвестен) на прародине его создателей – в Африке?

 

Не в меньшей степени музыкальная идеология традиционного джаза противостоит художественным ценностям любого высокого искусства. Один из самых значительных советских джазовых музыкантов Геннадий Гольштейн, лишь выйдя за пределы джазоой художественной системы, смог окинуть старый джаз объективным взглядом, лишь глотнув горного воздуха высокой музыки, смог отвергнуть главное в эстетике ретроджаза: телесную, плотскую, физиологическую основу его жизнечувствования. «Джаз в целом, - говорит Гольштейн, - был выразителем ущербной бездуховности. Джаз не касался духовной сферы, или, точнее, только слегка коснулся, но не впитал её в себя.  Всё в нём было легко и бессодержательно. Джаз занимался какими-то эгоистическими самопохлопываниями, чувтсвенными самопоглаживаниями». 

 

Но удивляет в ретроджазе вовсе не низменный гедонизм его содержательности (общий удел поп-искусства), а прогрессивная упоённость своим естеством, наивная вера в грандиозность своих свершений, самодовольная философия «истины в кармане».

 

Один из наиболее серьёзных исследователей джазовой музыки Гюнтер Шуллер, сам того не подозревая, отметил главное, фундаментальное идейно-методологическое отличие нового джаза от старого, указав на открытый, незавершённый, «поисковый» характер новоджазового музицирования. «Колтрейн, - говорит Шуллер, - иногда играл в течение сорока пяти минут, чтобы отыскать то, что Джойс называл эпифанией, - порывом, откровением. И иногда находил это, а иногда нет… Бывало, я говорил ему дружески: «Джон, это было прекрасно». – А он отвечал мне: «Я лишь искал и не нашёл этого сегодня».   

Продолжение следует...     
 

 

Самое интересное, что и Гольштейн сегодня - и уже лет 12 - играет филигранную традицию довоенного разлива (то есть даже до-боповую), и сам Ефим Барбан (да не введёт никого в заблуждение прозрачный псевдоним "Борис Ефимов") уже лет 10 как полностью отошёл от пропагандировавшихся им высоких ценностей глубокого авангарда и в своё удовольствие слушает (и пропагандирует!) самый что ни на есть мэйнстримовый "ретроджаз"...
А я по простоте душевной поначалу подумал, что статью написал карикатурист Борис Ефимов :)))))))))))))
Из интервью Карлхайнца Штокхаузена, 2003 год:

Редко когда возможно проникнуть в Потустороннее посредством зрения. Это возможно только с помощью музыки. А именно с помощью совершенно определенного рода музыки. Чем телеснее музыка, чем больше в ней телесного опыта, или как это называют – чувственного, тем менее возможно достичь этого результата (постижения Потусторон него), тем более привязана она к земле. Поэтому Хазрат Инаят Хан много раз упоминал о том, что, к примеру, джаз – музыка, очень крепко привязанная к земле. Чем больше переживаний в музыке, тем более человек привязан к телу. А именно, ко всем частям тела. Духу сложно отделиться от тела через такого рода музыку, хотя бы потому, что она осознанно преувеличенно периодична и изнуряюща. Это похоже на то как, если бы тело сознательно, с помощью каких-нибудь побочных средств, выводили из равновесия. Этого хотят. Чем более попсовая музыка, тем более она земная (тем более человек – человек). На концертах такого рода музыки можно видеть, с каким удовольствием человек уподобляется обезьяне или звероподобному существу. Это многим нравится, вернуться к природе через весьма телесную, и, что немаловажно, весьма громкую музыку...
"прогрессивная упоённость своим естеством, наивная вера в грандиозность своих свершений, самодовольная философия «истины в кармане".

Странные выводы, однако...
ущербные люмпены самопохлопывали, а потом пришел Колтрейн и настала эпифания! ну-и-ну! с нетерпением жду продолжения! :-)
Благодарю, Николай. Даешь продолжение скрижали.
Вот видишь, твоя невинная просьба вновь, так сказать, припасть к источнику всколыхнула общественное мнение. Я уже предчувствую немалые разрушения и даже жертвы:-)
"Не в меньшей степени музыкальная идеология традиционного джаза противостоит художественным ценностям любого высокого искусства".
Класс. Фраза, достойная речи товарища Жданова. Еще немного и получим сумбур вместо музыки. Это не из постановления об опере "Великая дружба"?
Воть-воть. Что-то слышится родное в тихой песне ямщика...
Можно подумать, что в джазовой музыке есть вообще какая-то идеология, кроме заинтересованности музыканта получить денег за концерт или запись ))
Упёртых интровертов, которые годами могут дуть одну фразу, добиваясь трансцедентального совершенства, питаясь диким мёдом и акридами, не рассматриваю.
Товарищ который это писал с головой явно не дружит.
А вот, например, как о "товарище" пишет журнал "Джаз-Квадрат":

"Одиноким утесом возвышается фигура Ефима Барбана в отечественной джазовой критике. Есть блестящие специалисты, умницы, подвижники, много сделавшие для джаза и много писавшие о нем, но никого из них не поставишь рядом с Барбаном. Он просто обречен стоять особняком. «Виной» тому его совершенно особый, «космический» взгляд на джаз, согласно которому исследуемый им вид музыки – это объект в огромной вселенной, тесно связанный незримыми нитями-полями не только с другими видами музыки, не только с историей, но и с социологией, литературой, политикой, эстетикой, религией и со многими другими сферами человеческой деятельности.
В комплексе эти разнообразные по форме материалы дают очень емкий и живой портрет самого автора – эрудированнейшего музыковеда, одного из ведущих мировых теоретиков джаза, острого полемиста, внимательного, тонкого, но при этом весьма принципиального критика. Теоретические построения Барбана отличаются железной логикой рассуждений, привлечением к доказательной базе гигантского по объему и разнообразнейшего по содержанию материала. Исследуя феномен свинга, Ефим Барбан убедительно полемизирует с такими видными джазовыми специалистами, как француз Андре Одэ, немец Йоахим-Эрнст Берендт, американец Маршалл Стирнз. Дискуссию эту читаешь, как захватывающий детектив, правда, чтобы попытаться оспорить тезисы автора, надо, очевидно, быть вторым Барбаном…"

И так далее, вот здесь: http://www.nestor.minsk.by/jz/articles/2008/08011503.html

Вы меня простите пожалуйста, но по-моему все это гон - все эти многозначительные обобщения, от Барбана ли, от Штокхаузена ли. Все эти ярлыки и логические построения. И разве это важно, кто куда переконвертировался и какое "ретро" теперь потребляет вместо какого "авангарда"? Если музыка трогает, ее слушаешь.
Так и мы, вроде как, не слишком напрягаемся по поводу написанного:-) Но читать всё же забавно. Во второй части будет ещё круче, особенно кода.
Я так понимаю, вы и разделили это частями, потому что дописать пока не успели?)))
...со всем уважением к любителям джаза преклонных годов...
Хочется сказать "Да будет это последней, контрольной жырной точкой..." ...но пресекаешься: "а ведь это было еще в 89-м написано!"
Апплодирую статье. Кратко, кардинально (стоя апплодирую) и ёмко.
Пасибо)